Вспоминая Ирину Антонову…

Вспоминая Ирину Антонову…

Огромная потеря. Полная сил, на 99-м году жизни сраженная безжалостным коронавирусом ушла Ирина Александровна Антонова. Выдающийся искусствовед, хранитель ценностей российских музеев, пожизненный президент Государственного музея изобразительных искусств имени Пушкина в Москве.

Русский интеллигент самой высшей пробы. Антонова всю жизнь предпочитала заниматься делом, увеличивая в мире количество красоты, не отвлекаясь на суетное политиканство и разлагающий скепсис.

Она находила точки опоры в прекрасном и этим заражала сподвижников. Хотя, конечно, не могла не замечать и контекста, порой, тяжелого.

«Мы в 1956 году сделали выставку кого? Пикассо! Эренбург привез его личную коллекцию. И люди думали: «Все открылось, все можно». Опять появилась вера. Потом – бац! Хрущев со своим погромом. Ну, это уже все восприняли с отвращением и неприятием, по крайней мере, в моем кругу. И прекрасно понимали, что это было организовано группой художников, которые подставили своих коллег», – говорила Антонова.

И остается удивляться, откуда у нее всегда были эта сила, ясность и внутренний свет. Она готова была все это пронести и через вековой юбилей.

«Знаете, почему я долго живу? Потому что на разных этапах – и когда заблуждалась, и когда просто не знала правды – я была искренней перед самой собой. Не было того, что больше всего угнетает, разъедает душу, здоровье, клетки, – лжи существования, когда для себя ты один, а для других другой. Я никогда не держала фигу в кармане. Никогда. У меня были другие недостатки. Были прегрешения? Думаю, что относительно мелкие», – отмечала Ирина Антонова.

Колонны Пушкинского – в траурном одеянии. У музейной ограды мерзнут розы. С Ириной Антоновой прощаются ее музей и ее город.

«Моя жизнь слита с музеем, и это не пустые слова», – признавалась Ирина Антонова.

«Она взлетала по огромной мраморной лестнице Пушкинского музея мгновенно. Она блистательно проводила переговоры и с упорством добивалась привоза в Москву шедевров», – сказала генеральный директор Третьяковской галереи Зельфира Трегулова.

В 1974-м, узнав, что «Джоконду» экспонируют в Токио, решилась на обратном пути остановить шедевр, и очереди опутали музей на Волхонке. День и ночь – шли люди.

«Если Лихачев научил нас говорить правильно, то Ирина Александровна научила нас правильно видеть. Это касается и взрослых, и детей», – считает художественный руководитель Государственного Театра Наций, народный артист РФ, Евгений Миронов.

И действительно поколения уже любят Пушкинский таким, каким его сделала она. Душа музея. Великая женщина, которая верила, всегда в то, что только красота спасет мир.

«Красота очень важна, иначе миру грозит возможность опустить на четвереньки», – была уверена Антонова.

«Москва – Париж» в 1981-м была выставкой века. Антонова тогда сказала: нашей репутации уже ничего не грозит. И посмотреть приходили даже не французов – на Гончарова, Ларионова, Малевича, Филонова, Кандинского.

«Это камертон, который с нами останется: с музеем и с нашими зрителями, которых больше, чем нас», – отметила директор Государственного музея изобразительных искусств имени А.С. Пушкина Марина Лошак.

Как останутся неподражаемые «Декабрьские вечера» – в этом году ушедший в онлайн фестиваль впервые открылся без нее . А ведь 40 лет назад это она вдохновила Рихтера.

Влюбленная в музыку, в театр, она в юности пересмотрела все спектакли с Качаловым и однажды провела три дня в очереди за билетами в Московский художественный. Расплакалась, увидев Уланову на сцене Большого театра.

«Она не пропускала ни одной значимой премьеры. У нее всегда была своя точка зрения. Даже если было непринятие спектакля, она об этом говорила так интеллигентно», – подчеркнул Владимир Урин, генеральный директор Большого театра.

Она обожала водить машину – это уже московская легенда, как изящно Ирина Александровна ездила на маленьком красном Fiat. А вот она на мотоцикле с Джереми Айронсом в 2007-м на открытии выставки «Три столетия американского искусства».

«Ей предложили проехаться по двору музея на мотоцикле с каким-то американским актером. А был еще Джереми Айронс. И вот она сказала: нет, я хочу с Айронсом. И она проехала круг, два. Это был такой шаг необыкновенный, и тут он проявилась как женщина». – вспоминает искусствовед Андрей Сарабьянов.

Всегда безупречна, элегантна, строгий костюм, нитка жемчуга. Обаятельная в своей строгости.

«У меня есть одно очень неинтеллигентное качество – я не подвержена депрессиям. Хороший интеллигент должен быть депрессивным, впадать в отчаяние. Руки не опускаются при этом», – говорила Антонова.

«Она умела дружить и любить. Верю, что эта беспримерная труженица заслужила не только покой, но и свет», – сказала президент Русского благотворительного фонда Александра Солженицына Наталия Солженицына.

В музейный выходной, когда не было посетителей, могла задержаться в одиночестве в итальянском дворике, через который проходила каждый день на протяжении 75 лет. Говорила, так уж сложилось: один музей, один муж.

«Миссия должна быть внутренняя. Если вы подумаете, что я считаю миссией музей, нет. У меня больной сын. Он прекрасный человек, абсолютно беспомощный, целиком зависящий от меня. Он читает книжки и даже по-английски, он играет на фортепиано, но он пятилетний ребенок», – рассказывала Ирина Антонова.

Она мечтала найти опекуна для сына и не успела. Не дописала книгу о своем музее. Но сбывается большая мечта – о создании вокруг Пушкинского «музейского» – как говорила Ирина Александровна – квартала, где одно из зданий будет носить ее имя.

Источник: Общероссийский государственный телевизионный канал «Культура»

Spread the love
Quadrum.Press

Quadrum.Press

Quadrum.press – это портал о наиболее интересных явлениях и тенденциях в мировой культуре, разносторонний источник информации о деятелях культуры и их произведениях. Здесь можно прочитать свежие рецензии, эссе, статьи авторства экспертов и знатоков в этой области.